Камера обскура
(Страница 051)Макс проводил ее взглядом: у добрейшего этого человека чесались руки. Он подивился, кто ее спутник, и где Кречмар, и долго еще поглядывал с опаской по сторонам, боясь вдруг увидеть не только Магду, но и Кречмара. Было большое облегчение, когда кончилась игра и можно было Ирму увезти. "Ничего не скажу Аннелизе", - решил он, когда приехали домой. Ирма была молчалива - только кивала и улыбалась на вопросы матери.
"Самое удивительное, как они не устают так бегать по льду", - сказал Макс.
Аннелиза задумчиво взглянула на него, потом обратилась к дочке: "Спать, спать". "Ах, нет", - сонно сказала Ирма. "Что ты, полночь. Как же можно!"
"Скажи, Макс, - спросила Аннелиза, когда девочку уложили, - у меня почему-то чувство, что произошло там что-то, мне было так беспокойно дома. Макс, скажи мне?"
Он смутился. После размолвки с мужем у Аннелизы развилась прямо какая-то телепатическая впечатлительность.
"Никаких встреч?" - настаивала она. - "Наверное?"
"Ах, перестань. Откуда ты взяла?"
"Я всегда этого боюсь", - сказала она тихо.
На другое утро Аннелиза проснулась оттого, что бонна вошла в комнату, держа в руке градусник. "Ирма больна, сударыня, - объявила она с улыбкой. - Вот - тридцать восемь и пять". "Тридцать восемь и пять", - повторила Аннелиза, а в мыслях мелькнуло: "Ну вот, недаром я беспокоилась".
Она выскочила из постели и поспешила в детскую. Ирма лежала навзничь и блестящими глазами глядела в потолок. "Там рыбак и лодка", - сказала она, показывая движением бровей на потолок, где лучи лампы (было еще очень рано, и шел снег) образовали какие-то узоры. "Горлышко не болит?" - спросила Аннелиза, поправляя одеяло и глядя с беспокойством на остренькое лицо дочери. "Боже мой, какой лоб горячий!" - воскликнула она, откидывая со лба Ирмы легкие, бледные волосы. "И еще тростники", - тихо проговорила Ирма, глядя вверх.
"Надо позвонить доктору", - сказала Аннелиза, обратившись к бонне. "Ах, сударыня, нет нужды, - возразила та с неизменной улыбкой. - я дам ей горячего чаю с лимоном, аспирину, укрою. Все сейчас больны гриппом".
Аннелиза постучала к Максу, который брился. Так, с намыленными щеками, он и вошел к Ирме. Макс постоянно умудрялся порезаться - даже безопасной бритвой, - и сейчас у него на подбородке расплывалось сквозь пену ярко-красное пятно. "Земляника со сливками", - тихо и томно произнесла Ирма, когда он нагнулся над ней. "Она бредит!" - испуганно сказал Макс, обернувшись к бонне. "Ах, какое, - сказала та преспокойно. - Это про ваш подбородок".
Врач, обыкновенно лечивший у них с тех пор, как родилась Ирма, оказался в отъезде, и Аннелиза не обратилась к его заместителю, а вызвала другого доктора, который в свое время бывал у них в гостях и слыл
Владимир Набоков - Камера обскура
| 001 002 003 004 005 006 007 008 009 010 011 012 013 014 015 016 017 018 019 020 |
| 021 022 023 024 025 026 027 028 029 030 031 032 033 034 035 036 037 038 039 040 |
| 041 042 043 044 045 046 047 048 049 050 051 052 053 054 055 056 057 058 059 060 |
| 061 062 063 064 065 066 067 068 069 070 071 072 073 074 075 076 077 078 079 080 |
| 081 082 083 084 085 086 087 088 089 090 091 092 093 094 095 096 097 098 099 100 |