Камера обскура
(Страница 027)виляя отроческими бедрами, глядясь в зеркало и грызя сухую, оставшуюся с утра булочку.
Заснула она как-то вдруг - будто замолкла на полуслове, - уже тогда, когда в комнате электричество стало оранжевым, а окно дымно-синим. Кречмар направился в ванную каморку, но, добыв из крана только несколько капель ржавой воды, вздохнул, двумя пальцами вынул из ванны мочалку, посмотрел на подозрительное розовое мыло, подумал, что прежде всего придется научить Магду чистоте. Брезгливо одевшись и положив на столике записку, он полюбовался, как спит Магда, прикрыл ее периной, поцеловал в теплые, растрепанные, темные волосы и тихо вышел.
И теперь, шагая вдоль пустой улицы и проникаясь жалостью к прозрачному, невинному утру, он понимал, что начинается расплата, - и постепенно, тяжелыми волнами, приливали думы о жене, о дочери. Когда он увидел дом, где прожил с Аннелизой так долго, когда тронулся лифт, в котором лет девять тому назад поднялись румяная мамка с его ребенком на руках и очень бледная, очень нежная Аннелиза, когда он остановился перед дверью, на которой холодно и безгрешно золотилась его фамилия, Кречмар почти был готов отказаться от повторения этой ночи, - только бы случилось чудо. Он говорил себе, что, если все-таки Аннелиза письма не прочла, ночное свое отсутствие он объяснит как-нибудь - даже пожертвует своей репутацией трезвенника, - напился пьян, буянил, мало ли что бывает... Однако следовало отпереть вот эту дверь и войти, и увидеть... что увидеть? Это просто нельзя было представить себе. "Может быть, не войти вовсе, оставить все так как есть, уехать, зарыться..." Вдруг он вспомнил, как на войне приходилось покидать прикрытие.
В прихожей он замер, прислушиваясь. Тишина. Обычно в этот утренний час квартира бывала уже полна звуков - шумела где-то вода, бонна звонко говорила с Ирмой, в столовой звякала горничная... Тишина. Посмотрев в угол, он заметил в стойке женин зонтик. Внезапно появилась Фрида - почему-то без передничка - и сказала с отчаянием в голосе: "Госпожа с маленькой барышней уехали, еще вечером уехали". "Куда?" - спросил Кречмар, глядя в угол. Фрида все обьяснила, говоря скоро и крикливо, а потом разрыдалась и, рыдая, взяла из его рук шляпу и трость. "Вы будете пить кофе?" - спросила она сквозь слезы. "Да, все равно, кофе..."
В спальне был многозначительный беспорядок. Желтое платье жены лежало на постели. Один из ящиков комода был выдвинут. Со стола исчезли портреты покойного тестя и дочери. Завернулся угол ковра.
Он поправил ковер и тихо пошел в кабинет. Там, на бюваре, лежало несколько распечатанных писем. Какой детский почерк у Магды. Драйеры приглашают на бал. От Горна - пустые любезности через океан. Счет от дантиста.
Часа через два явился Макс. Он, видно, неудачно побрился: на толстой щеке был черный крест пластыря. "Я приехал за ее вещами", - сказал он на ходу. Кречмар пошел за ним следом и молча смотрел, как он и Фрида торопливо, словно спеша на поезд, наполняют сундук. "Не забудьте зонтик", - проговорил Кречмар вяло. Потом в детской повторилось то же самое. В комнате бонны уже стоял аккуратно запертый чемодан - взяли и его.
"Макс, на два слова", - пробормотал Кречмар и, кашлянув, пошел в
Владимир Набоков - Камера обскура
| 001 002 003 004 005 006 007 008 009 010 011 012 013 014 015 016 017 018 019 020 |
| 021 022 023 024 025 026 027 028 029 030 031 032 033 034 035 036 037 038 039 040 |
| 041 042 043 044 045 046 047 048 049 050 051 052 053 054 055 056 057 058 059 060 |
| 061 062 063 064 065 066 067 068 069 070 071 072 073 074 075 076 077 078 079 080 |
| 081 082 083 084 085 086 087 088 089 090 091 092 093 094 095 096 097 098 099 100 |