Лестница
Ты -- лестница в большом, туманном доме. Ты
устало вьешься вверх средь мягкой темноты:
огонь искусственный -- и то ты редко видишь.
Но знаю -- ты живешь, ты любишь, ненавидишь,
ты бережешь следы бесчисленных шагов:
уродливых сапог и легких башмачков,
калош воркующих и валенок бесшумных,
подошв изношенных, но быстрых, неразумных,
широких, добрых ног и узких, злых ступней...
О да! Уверен я: в тиши сырых ночей,
кряхтя и охая, ты робко оживаешь
и вспомнить силишься и точно повторяешь
всех слышанных шагов запечатленный звук:
прыжки младенчества и палки деда стук,
стремительную трель поспешности любовной,
дрожь нисходящую отчаянья и ровный
шаг равнодушия, шаг немощи скупой,
мечтательности шаг, взволнованный, слепой,
всегда теряющий две или три ступени,
и поступь важную самодовольной лени,
и торопливый бег вседневного труда...
Не позабудешь ты, я знаю, никогда
и звон моих шагов... Как, разве в самом деле
они -- веселые -- там некогда звенели?
А луч, по косяку взбегающий впотьмах,
а шелест шелковый, а поцелуй в дверях?
Да, сердце верило, да, было небо сине...
Над ручкой медною -- другое имя ныне,
и сам скитаюсь я в далекой стороне.
Но ты, о лестница, в полночной тишине
беседуешь с былым. Твои перила помнят,
как я покинул блеск еще манящих комнат
и как в последний раз я по тебе сходил,
как с осторожностью преступника закрыл
одну, другую дверь и в сумрак ночи снежной
таинственно ушел -- свободный, безнадежный...
устало вьешься вверх средь мягкой темноты:
огонь искусственный -- и то ты редко видишь.
Но знаю -- ты живешь, ты любишь, ненавидишь,
ты бережешь следы бесчисленных шагов:
уродливых сапог и легких башмачков,
калош воркующих и валенок бесшумных,
подошв изношенных, но быстрых, неразумных,
широких, добрых ног и узких, злых ступней...
О да! Уверен я: в тиши сырых ночей,
кряхтя и охая, ты робко оживаешь
и вспомнить силишься и точно повторяешь
всех слышанных шагов запечатленный звук:
прыжки младенчества и палки деда стук,
стремительную трель поспешности любовной,
дрожь нисходящую отчаянья и ровный
шаг равнодушия, шаг немощи скупой,
мечтательности шаг, взволнованный, слепой,
всегда теряющий две или три ступени,
и поступь важную самодовольной лени,
и торопливый бег вседневного труда...
Не позабудешь ты, я знаю, никогда
и звон моих шагов... Как, разве в самом деле
они -- веселые -- там некогда звенели?
А луч, по косяку взбегающий впотьмах,
а шелест шелковый, а поцелуй в дверях?
Да, сердце верило, да, было небо сине...
Над ручкой медною -- другое имя ныне,
и сам скитаюсь я в далекой стороне.
Но ты, о лестница, в полночной тишине
беседуешь с былым. Твои перила помнят,
как я покинул блеск еще манящих комнат
и как в последний раз я по тебе сходил,
как с осторожностью преступника закрыл
одну, другую дверь и в сумрак ночи снежной
таинственно ушел -- свободный, безнадежный...
Владимир Набоков

Произведения Набокова
- Написанное в 1917 году
- Написанное в 1918 году
- Написанное в 1919 году
- Написанное в 1920 году
- Написанное в 1921 году
- Написанное в 1922 году
- Написанное в 1923 году
- Написанное в 1924 году
- Написанное в 1925 году
- Написанное в 1926 году
- Написанное в 1927 году
- Написанное в 1928 году
- Написанное в 1929 году
- Написанное в 1930 году
- Написанное в 1931 году
- Написанное в 1932 году
- Написанное в 1933 году
- Написанное в 1934 году
- Написанное в 1935 году
- Написанное в 1937 году
- Написанное в 1938 году
- Написанное в 1939 году
- Написанное в 1942 году
- Написанное в 1943 году
- Написанное в 1944 году
- Написанное в 1947 году
- Написанное в 1950 году
- Написанное в 1951 году
- Написанное в 1953 году